Переход к Новой экономической политике

Принятие на Х съезде РКП (б) решения о замене продразверстки продналогом является точкой отсчета в переходе от политики “военного коммунизма” к новой системе хозяйствования, к НЭПу.

В.И.Ленин и К.Е.Ворошилов среди делегатов X съезда РКП(б). 1921 г.

Вполне очевидно, что введение продналога не является единственной характеристикой нэпа, который стал для советской страны определенной системой политических и экономических мер, осуществляемых на протяжении почти целого десятилетия. Но это были первые шаги, причем сделанные очень осторожно. Декретом Совнаркома от 29 марта 1921 г. был установлен хлебный налог в размере 240 млн. пудов (при среднем урожае) вместо 423 млн. пудов при разверстке 1920 г.

Крестьяне получили возможность продажи излишков своей продукции на рынке.

Для В.И. Ленина, как и для всех большевиков, это влекло за собой глубокий пересмотр собственных идей о несовместимости социализма и частной торговли. Уже в мае 1921 г., через 2 месяца после Х съезда, была созвана Х Чрезвычайная партконференция для обсуждения нового курса. Сомнений уже не могло быть — курс, как уточнял Ленин, был взят “всерьез и надолго”. Это был “реформистский” метод действий, отказ от революционной красногвардейской атаки на капитал, это был “допуск” в социализм элементов капиталистической экономики.

В.И.Ленин в своем кабинете. Октябрь 1922 г.

Для формирования рынка и налаживания товарообмена необходимо было оживить промышленность, увеличить выпуск ее продукции. В управлении промышленностью произошли радикальные изменения. Были созданы тресты — объединения однородных или взаимосвязанных между собой предприятий, получившие полную хозяйственную и финансовую независимость, вплоть до права выпуска долгосрочных облигационных займов. Уже к концу 1922 г. около 90 % промышленных предприятий были объединены в тресты.

Стали возникать синдикаты — добровольные объединения трестов на началах кооперации, занимавшиеся сбытом, снабжением, кредитованием, внешнеторговыми операциями.

Возникла широкая сеть товарных бирж, ярмарок. Уже к 1923 г. в стране насчитывалось 54 биржи, самой крупной из которых была московская.

С провозглашением нэпа был отменен Декрет о национализации мелкой и кустарной промышленности. В годы гражданской войны и “военного коммунизма” процесс национализации принял почти тотальные формы. Новым Декретом от 7 июля 1921 г. предусматривалось право любого гражданина открыть кустарное или промышленное производство. В декабре 1921 г. был принят Декрет о денационализации мелких и части средних предприятий промышленности. Они были возвращены прежним владельцам или их наследникам. Была разрешена и аренда средств производства, причем было сдано в аренду более трети всех промышленных заведений (преимущественно мелких и средних).

Стали привлекать иностранный капитал. Возникли концессии, т.е. аренда советских предприятий зарубежными предприятиями. Первая концессия была учреждена в 1921 г., в 1922 г. их было 15, в 1926 г. — 65. Концессии были крупными предприятиями и действовали в основном в капиталоемких отраслях тяжелой промышленности РСФСР и Грузии: в горной, горнозаводской, деревообрабатывающей.

Для упорядочения и оздоровления финансов в конце 1921 г. был образован Государственный банк. Ему с 1922 г. было предоставлено право выпуска взамен обесценившихся и фактически уже отвергнутых оборотом совзнаков новой денежной единицы — червонца, имевшего золотое содержание и курс в золоте (1 червонец = 10 дореволюционным золотым рублям = 7,74 г чистого золота). В 1924 г. быстро вытеснявшиеся червонцами совзнаки вообще прекратили печатать и изъяли из обращения.

В 1922 — 1925 гг. был создан целый ряд специализированных банков. К 1 октября 1923 г. в стране действовало 17 банков, к 1 октября 1926 г. — 61 банк.

В первой половине 20-х гг. в стране утверждалась смешанная экономика, которая постепенно приобретала свою внутреннюю логику развития. Но нэп — это не только экономическая политика. Развитие рыночных отношений органически предполагает демократизацию политической системы, государственного аппарата власти и управления.

Поворот к нэпу был осуществлен под жестким давлением всеобщего недовольства — крестьян, рабочих, интеллигенции, а не в результате пересмотра политико-идеологических основ правящей партии — они остались прежними: “диктатура пролетариата”, “руководящая роль партии”, “государство — главный инструмент строительства социализма”. Продолжая курс на социализм, новая экономическая политика была расчитана на то, чтобы путем лавирования, социального компромисса с мелкобуржуазным большинством населения двигаться к намеченной цели, хотя и более медленно, но зато с меньшим риском. Поэтому ничего и не изменилось во взаимоотношениях коммунистической партии и государств, — партия монополизировала все государственные структуры.

Функционирование нэпа, смешанной экономики, сопровождалось оживлением разномыслия в идеологической области. Раздавались требования свободы слова и печати. Даже сам Ленин сначала высказывался за расширение этих свобод, но в “известных пределах”. Однако, испугавшись “проникновения буржуазных идей”, руководство большевиков объявило им войну.

Все же под давлением объективных экономических требований, связанных с расширением товарно-рыночных отношений, правительству пришлось пойти на некоторое ослабление запретов “свободы печати”. С осени 1921 г. стали появляться частные издательства, выходить журналы критически настроенной по отношению к советской власти интеллигенции: “Экономист”, “Новая жизнь” и др. В них либерально мыслящие ученые, философы, экономисты, публицисты выражали надежду, что новые экономические реалии побудят власти отказаться от преследования инакомыслящих, создадут условия для свободного обмена идей. Уже в июне 1922 г. многие журналы были закрыты. Это соответствовало установке большевиков: партия руководит не только политикой, но и идеологией, культурой.

Началась подготовка к выселке из страны “инакомыслящих ученых, представителей интеллигенции”.

В крупных городах проводились аресты деятелей науки и культуры. За границу были высланы выдающиеся философы Н.А. Бердяев,

Н.А.Бердяев.

С.Л. Франк, Л.П. Карсавин; историки А.А. Кизеветтер, С.П. Мельгунов, А.В. Флоровский; экономист Б.Д. Бруцкус и др.

Особый упор сделан на ликвидацию партий меньшевиков и эсеров, в 1922 г. аресты стали массовыми. К этому времени РКП (б) осталась единственной легальной политической партией в стране.

Новая экономическая политика совместила в себе с самого начала две противоречивые тенденции: одна — на либерализацию экономики, другая — на сохранение монополии коммунистической партии на власть. Эти противоречия не могли не видеть В.И. Ленин и другие лидеры партии.

Сложившаяся в 20-е гг. нэповская система, таким образом, должна была способствовать восстановлению и развитию народного хозяйства, разрушившегося за годы империалистической и гражданской войн, но, в то же время эта система изначально заключала в себе внутреннюю противоречивость, неизбежно приводившую к глубоким кризисам, непосредственно проистекающим из природы и сущности нэпа.

Советское общество в 20-е гг. Судьба НЭПа в СССР

Первые шаги в либерализации экономики, введении рыночных отношений способствовали решению задачи восстановления народного хозяйства страны, разрушенного гражданской войной. Явный подъем обозначился к началу 1922 г. Началась реализация плана ГОЭЛРО.

В.И.Ленин у карты ГОЭЛРО. VIII Всероссийский съезд Советов. Декабрь 1920 г. Худ. Л.Шматько. 1957 г.

Из состояния разрухи стал выходить железнодорожный транспорт, движение поездов было восстановлено по всей территории страны. К 1925 г. крупная промышленность достигла уровня 1913 г. Были пущены Нижегородская, Шатурская, Ярославская, Волховская ГЭС.

Пуск 1-й очереди Каширской ГРЭС. 1922 г.

Путиловский машиностроительных завод в Петрограде, а затем Харьковский и Коломенский заводы стали выпускать трактора, Московский завод АМО — грузовые автомобили.

За период 1921 — 1924 гг. валовая продукция крупной государственной промышленности возросла более чем в 2 раза.

Начался подъем в сельском хозяйстве. В 1921 — 1922 гг. государство получило 233 млн. пудов зерна, в 1922 — 1923 — 429,6 млн., в 1923 — 1924 — 397, в 1925 — 1926 — 496 млн. пудов. Государственные заготовки масла увеличились в 3,1 раза, яиц — в 6 раз.

Переход к продналогу улучшил социально-политическую обстановку в деревне. В информационных сводках ЦК РКП (б), относящихся к лету 1921 г., сообщалось: “Крестьяне повсеместно увеличивают площади засева, вооруженные выступления пошли на убыль, отношение крестьян меняется в пользу советской власти”.

Но первым успехам помешали чрезвычайные бедствия, обрушившиеся на основные зерновые районы страны. 25 губерний Поволжья, Дона, Северного Кавказа и Украины были поражены сильнейшей засухой, что в условиях послевоенного продовольственного кризиса привело к голоду, унесшему около 6 % населения. Борьба с голодом велась как широкая государственная кампания с привлечением предприятий, организаций, Красной Армии, международных организаций (АРА, Межрабпом).

В пораженных голодом районах сохранялось военное положение, введенное там еще в годы гражданской войны, стала реальной угроза мятежей, усилился бандитизм.

На первый план выдвигается новая проблема. Крестьянство выказало свое недовольство нормой продналога, которая оказалась непосильной.

В сводках ГПУ за 1922 г. “О политическом состоянии российской деревни” отмечалось крайне негативное влияние продналога на материальное положение крестьян. Местные власти применяли решительные меры к задолжникам вплоть до репрессий. В некоторых губерниях проводились опись имущества, аресты и суды. Подобные меры встречали активное сопротивление крестьян. Так, например, жители одной из деревень Тверской губернии расстреляли отряд красноармейцев, прибывший для взимания налога.

Согласно декрету ВЦИК и СНК “О едином натуральном налоге на продукты сельского хозяйства на 1922 — 1923 гг.” от 17 марта 1922 г., вместо целого множества продуктовых налогов устанавливался единый натуральный налог, предполагавший единство окладного листа, платежных периодов и общую единицу исчисления — пуд ржи.

В мае 1922 г. ВЦИК принял Основной закон о трудовом землепользовании, содержание которого позднее почти без изменений легло в основу Земельного кодекса РСФСР, утвержденного 30 октября и вступившего в действие с 1 декабря того же года. В рамках государственной собственности на землю, подтвержденной кодексом, крестьянам предоставлялась свобода выбора форм землепользования вплоть до организации единоличных хозяйств.

Развитие единоличных хозяйств в деревне вело к усилению классового расслоения. В результате в тяжелом положении оказались маломощные хозяйства. В 1922 г. в ЦК РКП (б) начали поступать сведения о распространении системы кабальных сделок в деревне. Это означало, что бедняки для того, чтобы получить ссуду или инвентарь у кулаков, вынуждены были закладывать свой урожай “на корню” за бесценок. Эти явления — тоже лицо нэпа в деревне.

Вообще первые годы нэпа стали серьезным испытанием нового курса, поскольку возникающие трудности были обусловлены не только последствиями неурожайного 1921 г., но и сложностью перестройки всей системы экономических отношений в стране.

Весной 1922 г. разразился финансовый кризис, непосредственно связанный с введением капиталистических форм экономики.

Декретами СНК 1921 г. о свободе торговли, о денационализации предприятий ознаменовался отказ от политики “коммунистического” распределения. Значит к жизни вернулись денежные знаки как неотъемлемая часть свободного предпринимательства и торговли. Как писал М. Булгаков, в конце 1921 г. в Москве появились “триллионеры”, т.е. люди, имевшие триллионы рублей. Астрономические цифры стали реальностью, потому что появилась возможность покупать на них товары, но эта возможность ограничивалась постоянным обесцениванием рубля, что, естественно, сужало возможности свободной торговли и рынка.

В это время проявил себя и новый нэпманский предприниматель, “советский капиталист”, который в условиях товарного голода неизбежно становился обычным перекупщиком и спекулянтом.

Страстная (ныне Пушкинская) площадь. 1920-е гг.

В.И. Ленин, оценивая спекуляцию, говорил, что “вырывается машина из рук, едет не совсем так, как воображает тот, кто сидит у руля этой машины”.

Коммунисты признавали, что старый мир ворвался с куплей-продажей, приказчиками, спекулянтами — с тем, против чего совсем недавно воевали. Добавились проблемы с госпромышленностью, которая была снята с государственного снабжения и фактически оставлена без оборотных средств. В результате рабочие или пополняли армию безработных, или по несколько месяцев не получали зарплату.

Серьезно осложнилось положение в промышленности в 1923 — начале 1924 гг., когда произошло резкое снижение темпов роста промышленного производства, что привело, в свою очередь, к массовому закрытию предприятий, росту безработицы, появлению забастовочного движения, охватившему всю страну.

Причины поразившего в 1923 г. экономику страны кризиса стали предметом обсуждения на XII съезде РКП (б), состоявшемся в апреле 1923 г. “Кризис ножниц цен” — так его стали называть по знаменитой диаграмме, которую Л.Д. Троцкий, заговоривший об том явлении, показал делегатам съезда. Кризис был связан с расхождением цен на промышленные и сельскохозяйственные товары (это и называлось “ножницы цен”). Произошло это потому, что в восстановительный период по масштабам и темпам восстановления впереди шла деревня. Кустарно-ремесленное и частное производство росло быстрее, чем крупная промышленность. К середине 1923 г. сельское хозяйство было восстановлено по отношению к довоенному уровню на 70 %, а крупная промышленность — всего на 39 %.

Дискуссия по проблеме “ножниц” состоялась на октябрьском Пленуме ЦК РКП (б) в 1923 г. Было принято решение о понижении цен на промышленные товары, что, безусловно, предотвратило углубление кризиса, который создавал серьезную угрозу социального взрыва в стране.

Весь социально-политический кризис, поразивший СССР в 1923 г., не может быть ограничен только узкими рамками проблемы “ножниц цен”. К сожалению, проблема была даже более серьезной, чем могло показаться на первый взгляд. Развивалось серьезное противоречие между властью и народом, который был недоволен политикой власти, политикой коммунистической партии. И рабочий класс, и крестьянство выразили свой протест как в форме пассивного сопротивления, так и активными выступлениями против советской власти.

В 1923 г. многие губернии страны были охвачены забастовочными движениями. В отчетах ОГПУ “О политическом состоянии СССР” выделялся целый комплекс причин: это долговременные задержки заработной платы, ее низкий уровень, повышение норм выработки, сокращение штатов, массовые увольнения. Наиболее острые волнения произошли на текстильных предприятиях Москвы, на металлургических предприятиях Урала, Приморья, Петрограда, на железнодорожном и водном транспорте.

1923 г. был тяжелым и для крестьянства. Определяющим моментом в настроениях крестьянства стало недовольство чрезмерно высоким уровнем единого налога и “ножницами цен”. В некоторых районах Приморской и Забайкальской губерний, в Горской Республике (Северный Кавказ) крестьяне вообще отказывались уплачивать налог. Многие крестьяне, чтобы заплатить налог, вынуждены были продавать свой скот и даже инвентарь. Появилась угроза голода. В Мурманской, Псковской, Архангельской губерниях в пищу уже начали употреблять суррогаты: мох, рыбные кости, солому. Реальной угрозой стал бандитизм (в Сибири, Забайкалье, на Северном Кавказе, на Украине).

Социально-экономический и политический кризис не мог не отразиться и на положении партии.

8 октября 1923 г. Троцкий изложил свою точку зрения на причины кризиса и пути выхода из него. Убеждение Троцкого, что “хаос идет сверху”, что в основе кризиса лежат субъективные причины, разделяли многие руководители хозяйственных ведомств и организаций.

Такая позиция Троцкого получила осуждение большинства членов ЦК РКП (б), и тогда он обратился к партийным массам. 11 декабря 1923 г. в “Правде” было опубликовано “Письмо к партийным совещаниям” Троцкого, где он обвинил партию в бюрократическом перерождении. В течение целого месяца с середины декабря 1923 г. до середины января 1924 г. 2-3 страницы “Правды” были заполнены дискуссионными статьями и материалами.

Трудности, возникавшие по мере развития и углубления нэпа в первой половине 20-х гг., неизбежно вели к внутрипартийным спорам. Формирующееся “левое направление”, отстаиваемое Троцким и его сторонниками, фактически отразило неверие определенной части коммунистов в перспективы нэпа в стране.

На VIII Всесоюзной партийной конференции были подведены итоги дискуссии и принята развернутая резолюция, осудившая Троцкого и его сторонников за мелкобуржуазный уклон. Обвинение во фракционности, антибольшевизме, ревизии ленинизма пошатнули его авторитет, стали началом краха его политической карьеры.

В 1923 г. в связи с болезнью Ленина идет постепенный процесс концентрации власти в руках основной “тройки” ЦК: Сталина, Каменева и Зиновьева. Для того, чтобы исключить в будущем оппозиционность внутри партии, на конференции был обнародован седьмой пункт резолюции “О единстве партии”, принятый на Х съезде и до этого времени сохранявшийся в тайне.

Прощание с В.И.Лениным. Январь 1924 г. Худ. С.Боим. 1952 г.

Пока Ленин реально возглавлял партию, его авторитет в ней был непререкаем. Поэтому борьба за власть между представителями зарождающихся в связи с переходом к нэпу политических течений могла иметь только характер скрытого соперничества.

С 1922 г., когда И.В. Сталин занял должность Генерального секретаря РКП(б), он исподволь расставлял своих сторонников на ключевые посты в партийном аппарате.

На XIII съезде РКП (б) 23 — 31 мая 1924 г. явно отмечены были две тенденции развития советского общества: “одна — капиталистическая, когда на одном полюсе накапливается капитал, на другом — наемный труд, нищета; другая — через наиболее понятные, доступные формы кооперации — к социализму”.

С конца 1924 г. начинается проведение курса “лицом к деревне”, избранного партией в результате усилившегося недовольства крестьянства проводимой политикой, появления массовых требований о создании крестьянской партии (так называемого Крестьянского Союза), которая бы в отличие от РКП (б) защищала интересы крестьян, решала вопросы о налоге, способствовала углублению и расширению частной собственности в деревне.

Разработчиком и идеологом “деревенского нэпа” стал Н.И. Бухарин, считавший, что необходимо от политики тактических уступок крестьянству перейти к устойчивому курсу экономических реформ, поскольку, как он говорил, “у нас есть нэп в городе, у нас есть нэп в отношениях между городом и деревней, но у нас нет нэпа в самой деревне”.

С обоснованием нового поворота в экономической политике в деревне Бухарин выступил 17 апреля 1925 г. на собрании Московского партийного актива, через неделю этот доклад в виде статьи был опубликован в “Правде”. Именно в этом докладе Бухарин произнес знаменитую фразу, обращаясь с призывом ко всему крестьянству: “Обогащайтесь!”.

Этот курс получил практическое воплощение на апрельском 1925 г. Пленуме ЦК РКП (б), который зафиксировал, что “вместе с развитием рыночных отношений в деревне, а также усилением торговой связи с городом и внешним рынком идет и будет расти укрепление основной массы середняцких хозяйств с одновременным ростом (по крайней мере, для ближайших лет) на одной стороне зажиточных слоев деревни с выделением капиталистических элементов (купечества) и на другой — батраков и деревенской бедноты”.

А в декабре 1925 г. состоялся XIV съезд, где был официально одобрен курс на победу социализма в СССР.

Рабочие делегации Москвы и Донбасса приветствуют XIV съезд партии. Худ. Ю.Цыганов

К.Е.Ворошилов и М.В.Фрунзе во время парада на Красной площади 1 мая 1925 г.

Съезд назвал это “основной задачей нашей партии” и подчеркнул, что “налицо экономическое наступление пролетариата на базе новой экономической политики и продвижение экономики СССР в сторону социализма, а государственная социалистическая промышленность все более становится авангардом народного хозяйства”, следовательно, “во главу угла надо поставить задачу победы социалистических хозяйственных форм над частным капиталом”.

Таким образом, XIV съезд РКП (б) стал своего рода рубежным в переориентации политики партии на усиление социалистических начал в экономике.

Тем не менее начало второй половины 20-х гг. все еще проходило под знаком сохранения и развития нэповских принципов. Но хлебозаготовительный кризис зимы 1927 — 1928 гг. создал реальную угрозу планам промышленного строительства, осложнив общую экономическую ситуацию в стране.

В определении судьбы нэпа в создавшихся экономических условиях столкнулись две группы политического руководства страны. Первая, — Бухарин, Рыков, Пятаков, Томский, Смилга и другие сторонники активного роста сельского хозяйства, углубления нэпа в деревне, проиграла идеологическую битву другой — Сталину и его сторонникам (Молотову, Ворошилову, Кагановичу и др.), добившимся к тому времени большинства в политическом руководстве страны.

В январе 1928 г. Сталин предложил для стабилизации хлебозаготовок развернуть строительство колхозов и совхозов. В речи Сталина в июле 1928 г., опубликованной только несколько лет спустя, подчеркивалось, что политика нэпа зашла в тупик, что ожесточение классовой борьбы объясняется все более отчаянным сопротивлением капиталистических элементов, что крестьянству придется потратиться на нужды индустриализации.

Бухарин, по его собственному выражению, “пришел в ужас” от выводов Генсека и попытался организовать полемику, опубликовав 30 сентября 1928 г. в “Правде” “Заметки экономиста”, где изложил экономическую программу оппозиции (Бухарин, Рыков, Томский составили так называемую “правую оппозицию”). Автор статьи объяснял кризис ошибками планирования, ценообразования, неподготовленностью сельскохозяйственной кооперации и выступал за возврат к экономическим и финансовым мерам воздействия на рынок в условиях нэпа.

В ноябре 1928 г. Пленум ЦК единогласно осудил “правый уклон”, от него отмежевались и Бухарин, и Рыков, и Томский, которые руководствовались желанием сохранить единство партии. В этом же месяце партийно-государственными органами принимается решение о форсировании процессов коллективизации.

В 1929 г. на Украине и в РСФСР узакониваются чрезвычайные меры по ограничению свободной продажи хлеба, устанавливается первоочередная продажа зерна по государственным обязательствам, начинает проводиться в жизнь политика экспроприации купечества как класса. Страна вступает в 1-ю пятилетку, в планах которой предусматриваются ускоренные темпы индустриализации и коллективизации страны. И в этих планах уже нет места рыночной экономике.

В многолетней борьбе социалистических и рыночных начал победа была директирована сверху, партийным руководством страны, сделавшим свой окончательный выбор в пользу социализма.

Однако придание решающего значения субъективному фактору — волевым действиям Сталина и его окружения, ориентировавшихся на ускоренную социалистическую индустриализацию, не может являться единственным объяснением “гибели нэпа” в СССР.

Реальная практика осуществления этой политики на протяжении 20-х гг. выявляет и объективный фактор — т.е. те противоречия и кризисы, которые были присущи самой природе нэпа. Переплетение рыночных и административных командных начал управления, лавирование между рынком и директивной экономикой обусловили “поворот” 1929 г. Этот год стал фактически концом новой экономической политики, осуществляющейся партией и правительством в восстановительный период. Были в это время и несомненные успехи, и потери, и явления стабилизации, и внутренние кризисы. Но позитивные, конструктивные преобразования 20-х гг. несомненно связаны с более гибкой стратегией и тактикой нэпа по сравнению с политикой тотального режима последующих “сталинских” десятилетий.


Смежные предметы