www.Grandars.ru » Социология » Основы социологии »

Социальная идентификация

Личностная и социальная идентификация

Обилие ролей, исполняемых человеком в современном обществе, остро ставит проблему личностной и социальной идентификации.

Личностная идентификация - это установление и сохранение в себе постоянного и неизменяемого ядра личности, о котором человек может сказать: «Это я». В противном случае личность потеряется за множеством своих ролей.

Социальная идентификация — это отождествление себя по общим проблемам, жизненным интересам и социальным симпатиям с определенной социальной группой. Как пишет В.А. Ядов, «социальная идентификация обусловлена глубинной потребностью личности в признании со стороны других, в групповой защите, но также в самореализации, ожидании позитивной оценки со стороны "своих" — референтных групп и общностей. Идентификация с группами, общностями — результат не только межличностного, межгруппового взаимодействия, но также категоризации, осмысления непосредственных или опосредованных взаимоотношений между группами и общностями в доступных человеку понятиях. Идентифицируя себя с определенными группами и общностями, человек испытывает потребность "атрибутировать" себя, то есть объяснить причины и следствия своей групповой солидарности, ответить на вопросы "почему это моя группа?" и "что из этого вытекает?"».

Что характерно для социальной идентификации россиян и какие тенденции наблюдаются в этом направлении? За последние 15 лет россияне пережили множество тяжелых экономических и политических ситуаций и событий, которые не могли не повлиять на динамику их социальной идентификации. В табл. 9.1 приведены данные исследования, показывающие, с кем россияне постепенно перестают себя идентифицировать.

Таблица 9.1. С кем не испытывали чувство общности россияне в 1992-2007 гг., %

С кем нс испытывали чувство общности

1992

1998

2004

2007

С коллегами, однокашниками

4

12

10

7

С представителями своего поколения

4

7

6

5

С представителями своей национальности

7

12

11

8

С представителями той же профессии, рода занятий

5

10

9

6

С теми, кто разделяет взгляды респондента на жизнь

7

10

9

5

С теми, кто живет в том же городе или поселке

7

19

18

11

С россиянами

6

24

22

15

С людьми того же материального достатка

6

13

11

9

С гражданами СНГ

21

53

51

38

Со всеми людьми на планете

22

62

59

56

С общностью «советский народ»

18

52

49

43

С теми, кто близок по политическим взглядам, позициям

15

26

25

23

С теми, кто нс интересуется политикой

18

30

34

25

Как видим, пик распространенности отрицательных самоидентификаций пришелся на 1998 г. Далее они начали постепенно сокращаться, но по разным позициям это сокращение происходило с разной скоростью. Своего рода рекордсменом здесь стала отрицательная самоидентификация с гражданами СНГ. Конечно, 38 % россиян, никогда не ощущавших себя таковыми в 2007 г., это почти в 2 раза больше, чем в 1992 г., когда еще была свежа память об СССР. Однако это почти в 1,5 раза меньше, чем в 1998 г., когда изоляционистские умонастроения россиян на постсоветском пространстве достигли максимума. За годы реформ улучшилась, и заметно, картина с восприятием себя населением страны гражданами России.

Социальная идентификация может быть этнической, классовой, возрастной, профессиональной и т.п. Центральное место в социальной идентификации занимает менталитет - совокупность усвоенных знаний и навыков, присущая всем членам данной группы. Такие приобретенные житейские навыки служат для индивида постоянными ориентирами в восприятии вещей и оценке фактов, помогая строить свое поведение. У людей с одинаковым менталитетом часто совпадает и мироощущение.

Этническая идентификация представляет собой важнейший элемент социальной идентификации в целом. В системе идентификаций национально-этнический фактор зачастую оказывается даже важнее, чем гражданский. Однако в России в последние годы наметились серьезные сдвиги: если несколько лет назад с россиянами устойчиво отождествляли себя почти вдвое меньшее число респондентов, чем с людьми той же национальности, то сейчас (см. рис. 1) роль россиянина, гражданина России является самой распространенной «Я-идентификацией», причем самоидентификации «житель определенной местности», «представитель конкретной национальности» отстают от нее в разы. Этот факт свидетельствует о достаточно высокой степени внутренней интегрированности российского общества и даже возможности в обозримой перспективе формирования в России гражданской нации.

Важность этнической идентификации становится особенно очевидной, когда речь идет об идентификации себя с этнической или расовой группой, которая по тем или иным причинам низко оценивается окружающими и вызывает к себе неприязненное или пренебрежительное отношение. «Принадлежность к отвергаемой или презираемой группе ставит перед каждой личностью серьезные проблемы, связанные с самооценкой». Американские психологи еще в 1930-е гг. провели опрос чернокожих и белых детей: показывая им черных и белых кукол, их спрашивали, какие из них им нравятся больше. Большинство опрошенных (и белых, и черных) высказалось в пользу белых кукол. Затем детей спросили, какая кукла больше всего похожа на них, и чернокожие дети не могли дать ответа на этот вопрос и проявляли сильную эмоциональную реакцию. С одной стороны, они не могли у видеть себя в белых куклах, а с другой — признать себя в черных означало отождествить себя с куклами, которых все дети отвергли как «плохих» и недостойных любви.

Рис. 1. «Я-самоидентификации»россиян, %: 1 — по россиянам 16-65 лет; 2- по работающим

Неспособность без проблем идентифицировать себя с группой разрушительно воздействует на личность. Обесценение составленного о себе образа в результате идентификации с низко оцениваемой обществом группой человек воспринимает болезненно, поэтому люди вырабатывают разнообразные стратегии, направленные на ослабление этого эффекта. Рассмотрим некоторые из них:

  • стратегия «интернализации обесцененного образа», т.е. принятия себя «плохим» без протеста. Такая стратегия на уровне поведения проявляется в стремлении уйти в тень, подчиняться окружающим, в ощущении вины; человек старается стать незаметным, быть «как все», никому не мешать, занимать как можно меньше места. Он может также притворяться безразличным, делая вид, что не замечает признаков дискриминации по отношению к себе. Решая свою проблему изнутри, он не принимает никаких мер, чтобы изменить свое положение или положение своей группы;
  • стратегия активного протеста против такого обесценения, когда человек либо ведет себя агрессивно по отношению к тем, кто его презирает, нейтрализуя их оценку с помощью насмешек и презрения, либо старается самоутвердиться «таким, каков он есть», акцентируя в себе те именно черты, которые негативно воспринимаются в доминирующей культуре. Такую стратегию используют чернокожие, когда заявляют, что «черные — это прекрасно»;
  • стратегия ассимиляции, означающая отказ от собственной индивидуальности и попытку как можно больше походить на доминирующий этнический тип и внешне, и в культурном отношении. При этом обычно используются банальные средства, например окраска волос и осветление кожи с помощью косметических средств; изменение имени; активное выражение презрения к собственной этнической группе;
  • стратегия компромисса, или «формирования критической личности», которая сводится к заимствованию отдельных черт доминирующей культуры при сохранении ряда особенностей, присущих родной этнической культуре. Это проявляется в согласии с одними негативными оценками своей группы и несогласии с другими.

Возрастная идентификация проходит болезненно для человека, когда он идентифицирует себя с непопулярными в обществе возрастными группами. Речь идет прежде всего о пожилых, вышедших из активного возраста. Отношение к старикам в различных обществах очень разное — от непререкаемого уважения к «аксакалам» на Востоке до изоляции и пренебрежения. Исторически также человечество знало разнос отношение к старикам. Общеизвестно, что в первобытных обществах стариков убивали, если они становились обузой для племени.

Несмотря на то что в наше время старость является признанной социальной проблемой и старики находятся под опекой государства, в плане личной идентификации старость остается источником страданий. Это связано в первую очередь с тем, что пожилые в большинстве случаев не могут удовлетворить потребность в осмысленном существовании. Вопрос «Кто я такой?» для них подменяется вопросом «Кем я был?». Драма пожилых в том, что они утратили элементы, составлявшие их личность.

В целом потеря социальных и культурных ориентиров, коллективный отказ общества интегрировать пожилых и использовать их знания и возможности приводят к тому, что у них развивается кризис социальной идентификации.

Можно было бы отдельно остановиться на проблемах социальной идентификации представителей бедных слоев общества, представителей «непрестижных» профессий и т.д., но и в этих случаях суть состоит в осознании человеком зазора между адекватной личной самооценкой и принадлежностью к социальной группе, не пользующейся общественным признанием, и выработке конкретного типа стратегии, позволяющей решить для себя эту болезненную проблему.


Смежные предметы