Понятие, предмет и метод уголовного права как отрасли права

Происхождение и значение слова «уголовное» в словосочетании «уголовное право» по-разному объясняется в литературных источниках. По одной версии оно изначально было близко по своему значению слову «главное». В те времена, когда в европейских странах складывалось законодательство о преступлениях, в германском праве уже утвердилось разделение всех правонарушений на «главные» преступления и «просто» преступления («законопреступник — человек, преступивший черту закона»). Затем понятие главного преступления появилось и в законодательствах других стран. В русском языке оно получило определение «уголовное». По другой версии, опирающейся на трактовку В. Даля, слово «уголовное» («уголовный») происходит от глагола «уголовить», т. е. «обидеть» или «разозлить», либо от слов «уголовь» и «уголовье», за что виновный подлежал смертной казни или тяжкой торговой каре. Несмотря на иные подходы к освещению данного вопроса, это объяснение получило наиболее широкое распространение в отечественной юридической литературе. Если же учесть, что в зарубежных странах данная отрасль права именуется либо как «криминальное» право с акцентом на идее преступления, т.е. право о преступлении (Англия, США, Германия), либо как «наказательное» право с переносом акцента на наказание за преступление — так называемое наказательное право (Франция, Болгария, Чехия, Польша), то можно полагать, что словосочетание «уголовное право» в современном русском языке исключает подобную двойственность, объединяя в себе идеи и преступления и наказания.

В настоящее время понятие уголовного права обычно употребляется в двух значениях: отрасли права и отрасли научного знания, соответствующей одноименной учебной дисциплине — курсу уголовного права. Вместе с тем, по мнению некоторых авторов, понятие уголовного права может употребляться еще и в значении отрасли законодательства. В связи с этим говорится о том, что понятие уголовного права «как отрасли права» является более широким, нежели понятие уголовного права «как отрасли законодательства». Правда, если, по мнению Н. Ф. Кузнецовой, такая широта обусловлена охватом первым понятием и уголовного законодательства, и уголовных правоотношений, связанных с законотворчеством, и правоприменения, то, по мнению А. И. Бойцова, за этим понятием скрывается не только система предписаний, определяющих преступность и наказуемость деяний, но и «вся совокупность уголовно-правовых норм, выраженных в законах и иных признаваемых государством источниках, образующих целостность» уголовно-правового регулирования. Дело, однако, в том, что автор, справедливо, на наш взгляд, критикуя позицию Н. Ф. Кузнецовой на основании недопустимости отождествления понятий «система права» и «правовая система», сам в свою очередь недооценивая то обстоятельство, что при всей взаимосвязанности и взаимозависимости понятий права и закона между ними существуют различия качественного порядка, фактически отождествляет теперь уже эти понятия.

Дать определение понятия уголовного права как отрасли права — это значит раскрыть его содержание посредством указания на предмет и метод уголовного права, т. е., собственно, на тс признаки, которые и показывают специфику уголовно-правово- го регулирования в системе иных юридических режимов регулирования. Это, в свою очередь, позволяет определить и место уголовного права в системе других отраслей российского права.

Подразделяя право на отрасли по предмету и методу правового регулирования, необходимо иметь в виду два обстоятельства. Во-первых, отрасли права как элементы системы права, как область правовой материи различаются между собой именно по юридическим признакам, к числу которых в данном случае относится только метод правового регулирования. Другими словами, отрасли права как определенные совокупности юридических норм и институтов отличаются не тем, что они регулируют, а тем, как они регулируют. Во-вторых, метод правового регулирования хотя и наиболее яркий, но не единственный юридический признак, по которому устанавливаются различия между отраслями права. Для этого необходимо учитывать более сложное по своему строению юридическое явление — режим правового регулирования. Его определение помимо характеристики особенностей приемов и способов регулирования, специфики регулятивных свойств данного образования с волевой стороны его содержания должно дополняться характеристикой особенностей принципов, общих положений, пронизывающих содержание данной отрасли с интеллектуальной стороны. Поэтому при определении понятия отрасли права необходимо принимать во внимание не только метод правового регулирования, но и принципы права.

Сказанное не отрицает общеизвестного: особенности правового регулирования производны и зависят в конечном счете от материальных условий жизни общества, от тех общественных отношений, которые порождают то или иное «юридически различимое образование» — отрасль права, обусловливают его возникновение в рамках права. В связи с этим для определения места уголовного права в системе права предварительно следует определить предмет уголовно-правового регулирования, т. е. ту группу общественных отношений, которые объективно требуют наличия уголовно-правового режима регулирования и которые фактически регулируются уголовным правом.

Предмет отрасли права — предмет правового регулирования — это всегда общественные отношения, которые объективно, по своей природе могут «поддаваться» нормативно-организационному воздействию, регулированию, осуществляемому при помощи юридических норм, институтов, всех иных юридических средств, образующих механизм правового регулирования. Поэтому, если не отождествлять предмет уголовного права как отрасли права и как отрасли научного знания, представляется необоснованным включение в содержание предмета уголовно-правового регулирования отдельных институтов уголовного права, законодательной деятельности, как это порой предлагается в литературе.

С момента принятия уголовного закона, вступления его в силу и доведения до всеобщего сведения поведение соответствующих субъектов (адресатов уголовного закона), осуществляемое в рамках отношений, обозначенных в ч. 1 ст. 2 УК РФ, подчинено конкретным уголовно-правовым требованиям, изложенным в Особенной части УК РФ. Поэтому эти так называемые нормальные, регулятивные отношения выступают в качестве одной из составляющих предмет уголовно-правового регулирования, предмет уголовного права.

В случае невыполнения указанных уголовно-правовых требований, выразившемся в совершении преступления, в предмет уголовно-правового регулирования, в предмет уголовного права «попадают» так называемые традиционные для уголовного права «охранительные» отношения по поводу ответственности за содеянное.

Признавая за уголовным правом способность регулировать «нормальные» (в сравнении с теми, которые возникают вследствие совершения преступления) общественные отношения, а соответственно включая их тем самым в содержание предмета данной отрасли права, следует иметь в виду два обстоятельства.

Во-первых, уголовное право в силу своей специфики регулирует отношения, перечисленные в ч. 1 ст. 2 УК, не в полном объеме, а лишь наиболее важные и пенные для личности, общества и государства стороны каждого из этих видов отношений. В связи с этим представляется необоснованным широко распространенное в теории права мнение о том, что каждая самостоятельная отрасль права, в том числе уголовное право, регулирует свой собственный, качественно особый вид общественных отношений. Дело в том, что тот или иной вид или совокупность общественных отношений не могут быть урегулированы в полном объеме какой-то отдельной отраслью права. Общественное отношение столь многогранно, что охватить его каким-то одним режимом правового регулирования практически невозможно. Разные проявления одного и того же общественного отношения для их упорядочения и нормального функционирования требуют наличия различных отраслевых юридических режимов регулирования. Например, отношения собственности регулируются:

  • административным правом — передача оборудования одним предприятием другому по распоряжению вышестоящего органа на основе административно-правового акта;
  • финансовым правом — аккумуляция и распределение государственных денежных средств;
  • гражданским правом — имущественные отношения, обусловленные использованием товарно-денежных форм, а также личные неимущественные отношения;
  • уголовным правом — отношения законности безвозмездного отчуждения, изъятия имущества у собственника в целях присвоения в свою собственность. В данном случае в орбиту уголовно-правового регулирования попадает хотя и наиболее ценный, но лишь один из аспектов отношений собственности. Подобная роль отводится уголовному праву и в регулировании других общественных отношений, например, в области государственной безопасности, управления, в сфере отношений, гарантирующих нормальное развитие жизни и здоровья личности.

Во-вторых, с юридической точки зрения необоснованно ограничивать (как это порой предлагается в литературе) рассматриваемую группу отношений лишь теми, которые связаны с удержанием морально неустойчивых лиц от совершения преступления посредством угрозы наказания, содержащейся в уголовно-правовых нормах. Высказываемый в связи с этим тезис о том, что уголовное право («уголовно-правовой запрет») регулирует поведение не всех членов общества, а лишь некоторую его часть, со ссылками на результаты различных опросов населения на предмет установления тех, кого от совершения преступления удерживает страх перед наказанием, вряд ли обоснован. Характер мотивации поведения личности в сфере отношений, урегулированных правом, в том числе уголовным, не влияет на решение вопроса о наличии у права регулирующих начал.

Приведенный тезис вызывает сомнение и в плане его количественной характеристики. Называемые в связи с этим 20% не являются показателем действительных масштабов регулирующего воздействия уголовного закона. Для этого существует другой, причем достаточно объективный, показатель — количество лиц, которым адресован конкретный уголовно-правовой запрет. Представляется, что 20% не отражают в полной мере и эффекта установления уголовной наказуемости, а именно об этом — предупредительном — эффекте уголовного закона в данном случае идет речь. В большинстве случаев человек, осознанно вступивший в конфликт с уголовным законом, рассчитывает на безнаказанность, т. е. фактически сдерживающий эффект угрозы, страха перед наказанием значительно выше, чем это отражается в различных опросах населения.

Таким образом, предмет уголовного права составляют две относительно самостоятельные части: во-первых, наиболее важные и ценные для личности, общества и государства стороны общественных отношений, перечисленных в ч. 1 ст. 2 УК, в рамках которых осуществляется поведение лица, регламентированное уголовным законом; во-вторых, общественные отношения, возникающие вследствие совершения преступления.

Специфика общественных отношений, регулируемых уголовным правом, предопределяет особенности юридического режима их регулирования и прежде всего своеобразие такого юридического признака, как метод правового регулирования.

Среди многообразных подходов к решению вопроса о методе уголовного права как отрасли права наиболее конструктивным представляется такой, который, во-первых, отражает специфику уголовно-правового регулирования в рамках признаков, характеризующих метод регулирования, называемых общей теорией права, что сохраняет возможность сопоставить уголовное право по данному параметру с другими отраслями права, определяя тем самым его место в системе права; во-вторых, называет метод, действительно производный от своего предмета регулирования, что обусловливает в обратной связи способность оказывать на него регулирующее воздействие.

Метод правового регулирования - это обусловленная спецификой предмета регулирования система взаимосвязанных приемов, средств и способов правового воздействия на общественные отношения.

Предваряя определение метода уголовного права, подчеркнем: содержание нормативного материала данной отрасли права дает все основания полагать, что ей присущи все способы правового регулирования: запрет, обязывание, дозволение и поощрение, а соответственно и нормы, их закрепляющие. Учитывая же тот очевидный факт, что названные способы правового регулирования характеризуют любую другую отрасль права, относительно конкретной отрасли уместно говорить лишь о преобладании отдельных из них в отраслевом механизме правового регулирования и только в этом плане устанавливать специфику метода правового регулирования. Подчеркнем и другое: с точки зрения содержания уголовного законодательства несостоятельно утверждение некоторых ученых о том, что уголовное право выполняет свою специфическую роль в обществе исключительно посредством норм-запретов. Подобное положение можно было бы признать верным применительно к регулированию общественных отношений, закрепленных в ч. 1 ст. 2 УК. Однако, во-первых, это всего лишь одна из составляющих содержание предмета уголовного права; при этом не учитываются отношения, возникающие в связи с совершением преступления, в регулировании которых «участвуют» все виды правовых норм, а во-вторых, и в регулировании «нормальных» общественных отношений «участвуют» не только нормы-запреты, но и обязывающие нормы (например, предусмотренные в ст. 124, 125, 156, 157, 193 УК).

Таким образом, специфика метода уголовного права - метода уголовно-правового регулирования — выражается в том, что при регулировании общественных отношений, возникающих по поводу соблюдения уголовно-правовых требований и закрепленных в ч. 1 ст. 2 УК РФ, используется исключительно такой способ правового регулирования, как запрет, т. е. возложение обязанности воздерживаться от поведения известного рода (или следовать поведению известного рода); в регулировании же общественных отношений, возникающих в связи с совершением преступления по поводу ответственности за содеянное, используются все способы правового регулирования: запрет, обязывание, дозволение и поощрение.

На основании изложенного можно сделать следующий вывод: современное уголовное право России как самостоятельная отрасль единой системы права представляет собой органическую совокупность норм и институтов, призванных регулировать наиболее важные и ценные для личности, общества и государства общественные отношения посредством уголовно- правового запрета (запрещающих и обязывающих уголовно- правовых норм), а в случае его нарушения — регулируя, восстанавливать эти отношения в рамках возникновения и реализации обязанности отвечать за содеянное посредством запрета, обязывания, дозволения и поощрения (запрещающих, обязывающих, управомочивающих и поощрительных уголовно-правовых норм).

Задачи и функции уголовного права как отрасли права

Важным элементом социально-правовой характеристики уголовного права является определение того, что требуется решить с помощью данной отрасли права, т. е. задач уголовного права.

Определение задач уголовного права дает возможность ответить на ряд вопросов, позволяющих судить о социальной роли этой отрасли права в регулировании общественных отношений. Оно дает более широкое представление об объектах уголовно- правовой охраны, г. е. о тех общественных отношениях, которые регулируются (охраняются) уголовным правом, указывает основные направления его реализации (т. е. функции). Формулировка задач отрасли права в значительной мере предопределяет его содержание и систему.

Роль права в разрешении социальных противоречий весьма многообразна. Право осуществляет функции организации, согласования, субординации и координации потребностей, интересов и действий людей, регулирования и контроля их поступков. Однако при всей многофункциональности права его важнейшей задачей является охрана существующего общественного уклада от правонарушений. С этой точки зрения возникновение уголовного права в качестве самостоятельной отрасли права было обусловлено не только необходимостью должной реакции со стороны государства и общества на наиболее опасные правонарушения, но и, что особенно важно, необходимостью зашиты общества от новых правонарушений. Независимо от политического строя и особенностей экономики главной задачей уголовного права выступает охрана личности, общества и государства от преступных посягательств. С развитием же общества, теоретических воззрений может изменяться круг общественных отношений, охраняемых уголовным правом, приоритеты между ними, уголовно-правовые средства решения задачи охраны. Наглядным подтверждением этому может служить сравнительный анализ прежнего и действующего российского уголовного законодательства.

Согласно ч. 1 ст. 1 УК РСФСР 1960 г. (в ред. Федерального закона от 1 июля 1994 г. № 10-ФЗ) «Уголовный кодекс РСФСР имеет задачей охрану общественного строя СССР, его политической и экономической систем, личности, прав и свобод граждан, всех форм собственности и всего социалистического правопорядка от преступных посягательств». В соответствии с ч. 1 ст. 2 УК РФ 1996 г. задачами УК являются: охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также предупреждение преступлений.

Сравнительный анализ приведенных предписаний позволяет сделать ряд выводов.

1. В УК РФ 1996 г. в число отраслевых задач наряду с охраной общественных отношений включается предупреждение преступлений. Следует, однако, заметить, что предупредительный эффект уголовного закона вытекает из самого факта его существования; предупреждение преступлений является скорее функцией уголовного закона, чем его задачей. Сказанное касается и воспитания граждан посредством уголовного закона, которое в Основах уголовного законодательства Союза ССР и республик 1991 г. также предусматривалось в числе задач «советского уголовного законодательства». Не случайно эти две задачи в Основах излагались в такой редакции: «Уголовное законодательство способствует...» (ст. 1).

2. В УК РФ 1996 г. изменена регламентация объектов уго- ловно-правовой охраны: во-первых, вместо прежней формулировки «общественного строя СССР, его политической и экономической систем» введена более точная, адекватно отражающая современные реалии формулировка «общественного порядка и общественной безопасности, конституционного строя Российской Федерации»; во-вторых, расширен круг объектов уголовно- правовой охраны за счет включения в их число общественных отношений, ранее либо вообще не охраняемых российским уголовным законом (отношений, гарантирующих мир и безопасность человечества), либо фактически охраняемых, но не указанных в числе объектов уголовно-правовой охраны при регламентации задач уголовного закона (отношения в сфере охраны окружающей среды).

3. В УК РФ 1996 г. изменен приоритет в объектах уголовно- правовой охраны. Поскольку для большинства цивилизованных стран в настоящее время доминирующей становится тенденция обеспечения надлежащей охраны прав и свобод человека и гражданина, постольку в Кодексе на первое место ставится охрана интересов именно личности. Эта проявляется и в системе Особенной части УК РФ, где интересы личности превалируют над всеми другими благами, охраняемыми уголовным законом.

Следует, однако, отметить два обстоятельства. Во-первых, для российского уголовного законодательства всегда было характерным в уголовно-правовой охране отдавать приоритет интересам государства в сравнении с интересами личности. Такая закономерность наблюдалась еще в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., а также в Уголовном уложении 1903 г. Особенностью было лишь то, что второй раздел в указанных актах (то, что сегодня называется Особенной частью) открывался нормами о преступлениях против веры. По- еле них шли главы о преступлениях государственных, например глава III Уголовного уложения «О бунте против Верховной Власти и о преступных деяниях против Священной Особы Императора и Членов Императорского Дома». Во-вторых, изменение приоритетов в объектах уголовно-правовой охраны на уровне постановки задач перед уголовным законодательством само по себе является недостаточным. Для этого необходимо, чтобы данное изменение нашло отражение не только в расположении соответствующих глав Особенной части УК, но и в самом содержании нормативного материала, в частности, в условиях уголовной ответственности «простых граждан» и должностных лиц, в санкциях за посягательства на интересы таких субъектов.

Если по УК РСФСР 1960 г. задачи, стоящие перед уголовным правом, решались посредством определения преступности общественно опасных деяний и установления наказаний за их совершение (ч. 2 ст. 1), то по УК РФ 1996 г. эти задачи решаются посредством установления основания и принципов уголовной ответственности, определения преступности общественно опасных деяний, наказания и иных мер уголовно-правового характера за их совершение (ч. 2 ст. 2). Таким образом, отличительной чертой действующего УК является включение в число средств решения стоящих перед ним задач нормативного материала, содержащегося не только в Особенной, но и в Общей части. Указание на меры уголовно-правового характера в ч. 2 ст. 2 УК является новеллой лишь в том смысле, что такое указание ранее отсутствовало в законе. Между тем и по УК РСФСР 1960 г. меры, применяемые к лицам, совершившим преступления, не исчерпывались уголовным наказанием (например, к их числу относились условное осуждение, отсрочка исполнения приговора).

В процессе решения «исторически предопределенной своим происхождением» задачи охраны (А. В. Наумов) уголовное право проявляет себя по следующим направлениям:

1. оно объективно способствует организации, упорядочению общественных отношений, составляющих предмет его регулирования, тем самым выполняя регулятивную (или регулятивно- охранительную) функцию;

2. посредством установления уголовно-правовых запретов на совершение наиболее общественно опасных деяний, а соответственно и определения их уголовной наказуемости оно не только фиксирует границы дозволенного поведения (т. е. регулирует), но и тем самым выполняет функцию предупреждения в отношении как законопослушных граждан (общая превенция), так и тех, кто однажды уже преступил черту уголовного закона (специальная превенция), т. е. выполняет предупредительную функцию;

3. включая в свое содержание комплекс мер, направленных на восстановление нарушенного преступлением общественного отношения (таких, например, как: примирение с потерпевшим; заглаживание вреда, причиненного потерпевшему; возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате совершения преступления; наказаний в виде штрафа, конфискации имущества), оно тем самым вполне реально выполняет восстановительную функцию. Выделение данной функции в качестве функции уголовного права нередко ставится под сомнение либо под тем предлогом, что восстановление причиненного преступлением вреда осуществляется в процессе исполнения наказания, а потому эта функция — атрибут уголовно-исполнительного права, либо потому, что реализация мер уголовно-правового характера далеко не всегда способна повлечь восстановление нарушенного преступлением общественного отношения, как, например, имеет место при лишении жизни другого человека — это действительно невосполнимая, невосстановимая утрата. Не отрицая последнего обстоятельства, следует, однако, заметить, что, в частности, и предупредительная функция уголовного права далеко не всегда имеет своим результатом полноценный эффект. Что же касается отраслевой принадлежности данной функции, то, во-первых, большая часть названных мер реализуется в рамках именно уголовного права, а во-вторых, определение оснований, условий и размеров «восстановительных» наказаний — это прерогатива уголовного права. А кроме того, никто не отрицает за уголовным наказанием такой цели, как исправление, лишь на том основании, что достигается она в процессе исполнения наказания.

Помимо перечисленных в качестве функций уголовного права называют и другие: поощрительную, воспитательную.

Представляется, что выделение первой вряд ли обоснованно. Несмотря на то что в теоретических исследованиях по уголовному праву, в самом тексте уголовного закона и в практике его применения уголовно-правовое поощрение занимает все более достойное место с точки зрения решения задач, стоящих перед уголовным правом, суть проблемы все-таки в другом: поощрение и наказание — всего лишь средства уголовно-правового регулирования. Это своеобразные элементы процесса правового стимулирования должного посткриминального поведения. Но не более того. В противном случае, следуя правилам логики, наряду с поощрительной необходимо выделить и наказатель- ную функцию уголовного права.

Что касается воспитательной функции, то, бесспорно, и содержательно и функционально уголовное право, как и любая другая отрасль права, несет определенный воспитательный заряд, «содействует развитию правосознания населения» (А. Н. Игнатов). В социальном, широком смысле уголовное право вполне реально целенаправленно и систематически влияет на поведение человека, формируя тип законопослушного субъекта в соответствии с теми моделями, которые закреплены прежде всего в его Особенной части. Элементы воспитания в той или иной степени присутствуют и в процессе применения уголовного права. Представляется, однако, что в узком педагогическом смысле говорить о воспитании, воспитательной функции применительно к уголовному праву вряд ли обоснованно, поскольку в данном случае отсутствует специально организованный и управляемый процесс формирования личности уголовно-правовыми средствами, осуществляемый специальными субъектами (педагогами) в особых учебно-воспитательных формах и учреждениях.